Сумбурные и не очень заметки Танки Моревой

Зимой журнал "Мир Фантастики" запустил конкурс "История великого ситха" о юности Палпатина, одного из анти-героев саги Звездные войны. Так получилось, что мои друзья приняли в нем участия, подбив и меня чиркнуть пару строк.  Так получилось, что конкурс мы не проиграли, заняв второе и третье место (последнее -- мое).

После распределения мест, спросив разрешение у жюри, конкурсные рассказы выложили на ЗВ-форуме, администратор которого и занял второе место.

В апреле вышел журнал с нашими рассказами, их оценкой и объявлением победителей.

На форуме сразу активировались разной степени адекватности флудеры, которые пытались что-то писать. Не получив восторженных отзывов, кто-то из новичков решил отомстить. Украл текст, занявший второе место, сделал себе ник, близкий к нику администратора форума, похожий почтовый ящик, аську -- и пошел по другими ЗВ-форумам играть роль автора текста, получая похвалы и пр.

Так получилось, что его уличили на одном из форумов, быстро выяснив в чем дело, но выслушав более 15 страниц безудержной истерики и бреда. Причем, человек путался в своих же показаниях, обвинял всех, что текст украли у него и пр. Потом слезно покаялся и... зарегистрировался на другом форуме, где все начал по новой.

Случай просто феерический. Процитирую Тайсин:

История вопроса:

http://swworld.net.ru/forum/index.php/topic,1787.msg17368.html#msg17368
http://swworld.net.ru/forum/index.php/topic,1799.0.html
http://www.forum.holonet.ru/showthread.php?p=52635
Я зла. Я очень зла. И мне хочется пришпилить воровку на позорный столб.

( список ip, с которых она писала на ФКВД )

   Берешь любую рецензию или аннотацию и встречаешь там теплые слова про сказку, ставшую былью. Спросишь окружающих — услышишь снисходительный вердикт: романтика, сентиментальность, любовь. В жизни так не бывает. Любовная лодка неизбежно разбивается о быт; шелк парусов на солнце выгорает и тускнеет, а под ветрами и соленой водой в лохмотья превращается всё прекрасное. Да и принцев под парусами или без не дождешься.
Приговорили заочно. В то время как Александр Грин написал волшебную книгу. В том смысле, что там показано настоящее. Он своим вымыслом предугадал то, к чему мы придем только в 70гг. Сюжет оказывается не сказочным, а логичным, выверенным, будто взятым из учебника по практическим техникам в психотерапии — нейролингвистическому программированию. Отцы-основатели этих техник: лингвист Джон Гриндер и студент-психолог Ричард Бэндлер выделили три общих механизма моделирования у человека представления о мире — генерализацию, опущение и искажение, которые могут запустить самоисполняющееся пророчество.
Завязка сюжета «Алых парусов» происходит, когда девочка бежит за игрушкой с алыми парусами и встречает собирателя сказок — Эгля. Тот называется волшебником и предсказывает девочки необычную судьбу. И Ассоль ему верит. Происходит генерализация идеи. Все что противоречит — опускается (не замечается) или искажается. Как не замечаются смешки жителей Каперны, которые в свою очередь верят, что дурочка так и просидит на берегу, ожидая чуда, которого — ну конечно! — в жизни не бывает. Таким образом, вера в чудо, ни много ни мало, — программирует реальность на осуществление этого чуда. Алые паруса прочно как образ сидят в голове у всех жителей Каперны, независимо от позитивного отношения к предсказанию или негативного. Дальше происходит неизбежное
( читать дальше... )


Александр Грин
Алые паруса
Год: 2007
Издатель: Астрель, АСТ

   
С некоторых пор на работе происходят непонятные вещи. Например, один и тот же запрос у меня выдает информацию, а у нового коллеги — нет. Запрос посылала ему по почте, он его скопировал. Сам не набирал. То есть они идентичны. Сервер один и тот же. Права доступа у нас равны. Причем, другие запросы у него выполняются. Кроме самого нужного.
Впрочем, у него совсем иной чем у меня клиент для связи с Ораклом. Решили, что виновна прога.
Однако на прошлой неделе снова произошло невозможное. У начальника отдела уже другой запрос выдал один результат, а у меня и ведущего инженера — другой. А программой мы пользуемся одинаковой. Запрос наипростейший: выбрать в таблице все записи, с условием, что foreign key равно конкретной цифре, сортировать данные по дате.
Первым делом тщательно сверили условие, foreign key равен тому ли числу? Тому, вот пять цифр в ряд. Затем внимательно просмотрели названия таблиц, а вдруг разные? Нет! Затем, проверили права доступа. Идентичны. С этим мы разошлись на уик-енд.
Сегодня шоу продолжилось. Начальник отдела дал мне свой запрос, и у меня все сломалось: результаты стали такие же как и у него. Решили, что это вроде гриппа, заразно. Но у ведущего инженера, старый запрос работал по-старому, новый — как и у нас.
Я попросила прислать мне ее старый запрос. Он выполнился по-старому.
«Не может быть, потому что так не бывает!» — воскликнула я.
Где-то, значит, ошибка.
Детская задача, найди десять отличий.
Две строчки в ряд:
новый запрос: Select * from A where fk=идут цифры order by date
старый запрос: Select * from a where fk=идут цифры order by date

«Ага!» — кричу я. — «Разный регистр у названий таблиц!».

Ни фига, отвечает нач. отд. У меня тоже с заглавной.

Меняю букву — все тоже самое.

Сижу плачу. Ведь так не бывает! Не бывает. Чтобы один и тот же запрос работал по-разному, выдал разные данные.
Где подвох?

Нач. отдела предложил построиться и пойти к врачу. С песнями. Или решить, что во всем виновата компания, которая пишет клиенты для Оракла, или даже сам (САМ!) Оракл.

Начинаю набирать запрос вручную. Дурацкая идея, знаю, но вдруг?

И ВДРУГ — случается: вижу что цифирки в условии одни и те же, да вот порядок их немножко в конце отличается.

То есть, сами дураки, а не компания, не Оракл и пр. Невнимательность — наше все.
Остается неясным, как мы сверяли эти цифры десять раз и не видели различий.
Все-таки человеку проще признать чудо чем то, что он допустил ошибку.

   
Вера в рассудок, логику, рациональное мышление — чересчур оптимистична. При неверной посылке можно построить цепь логичных рассуждений и прийти к ошибочному выводу. Как часто у меня и случается.
Вообще, логика не моя сильная сторона, несмотря на то, что пришлось ее развить (странно, если бы у человека, который выбирает information technology основной профессией, было бы плохо с рациональным мышлением вообще и логикой в частности). В итоге получилось не ахти (разумеется, с точки зрения перфекциониста, который привык быть первым во всем) и добавился неприятный такой эффект — полагаться на рациональное суждение. Несмотря на то, что повседневный опыт говорил, что первое мнение, нелогичное, неизвестно откуда взявшееся — истинное, а второе, которое приходит с запозданием в секунды, противоположное первому, логичное и четко выстроенное — ошибочное.
Например, в десятом классе я продумывала сюжет о журналистке, которая решила изнутри секты писать короткие очерки. Она считала, что ей там ничего не угрожает — подумаешь приключение, отличная тема, новая, интересная. Неспроста люди меняется, отдают во благо общины свои ценности, наверняка, не все чисто, и дело не в промывке мозгов, а в психотропных веществах или еще чем-нибудь. И, мол, она все выведет на чистую воду. Поможет молодость, апломб, вера в себя и авантюризм. Но не проходит и полгода, как она меняется, стирается ее социальная личность, остается некий сгусток ее старой личности, который конфликтует с новой. И сознание выкручивается, объясняет ей этот конфликт, как грех, который она несет во имя людей.
В итоге, друзья ее, конечно, вытаскивают, репортажи получают премию. А она попадает с сильнейшим психосоматическим расстройством в больницу. И долго-долго будет там приходить в себя. Финал открытый, четкого ответа нет.
Вот такая история. Конечно, там действовал и некий молодой человек, которого зацепила эта девчонка (здесь не любовь, хотя при других обстоятельствах мей би), видел вещие сны и в итоге разыскал ее. И какая-то детективная составляющая с руководителями секты. Эту линию уже и не помню.
Вся история была в голове обыграна, образы героев выстроены, каждый диалог продуман. Все просмотрено как кино. Оставалось только перенести на бумагу. Вот тогда и пришла разумная мысль: как я могу писать о том, чего не знаю?
Что тогда я знала о сектах? Что они появились, что сектанты ведут себя истерично. Видела заголовок, что милиция разгоняет Белое Братство. И все. Про психологию — тоже ничего существенного.
Нет, решила логика, все наивно и глупо. Не бывает. Придумала ерунду. К тому же, детка, ты не Лев Толстой. А ведь нельзя писать после Толстого, как будто его не было (слова М.А. Булгакова). Слава богу, что я не решила проверить права ли я, внедрившись в какую-нибудь секту. Хотя и мысли такие возникали. Очень хорошо, что основным мотивом стало: я не Толстой, поэтому нефиг дурью мается, ведь писать как беллетристы или боже упаси авторы дамских романов — стыд и позор.
Прошло десять лет. Или чуть меньше. В особо сложный период, когда казалось, что я оголенный нерв — попалась мне книга Т. Лири и М. Стюарта, «Технологии изменения сознания в деструктивных культах». Чем больше читала, тем больше задыхалась. Сдерживалась после каждого абзаца, чтобы не вскочить и пробежаться по потолку, не воскликнуть как Мастер в сумасшедшем доме: «Как я угадал!». Фантастично, невероятно, но наивные фантазии шестнадцатилетней девочки подтвердили два биолога-социолога.
Если честно — до сих пор не по себе от такого попадания. Склонности у себя к синтезу, к новым открытиям, изобретениям — никогда не наблюдала. Зато наблюдала во время фантазирования, что становлюсь будто медиумом. Не я сочиняю, а откуда-то идет информация через меня, я просто ее передаю, я просто зритель.
Может и права теория Юнга о коллективном бессознательном? Что оттуда можно черпать как из колодца? Если да, то очень жаль, что сейчас так фантазировать, отключая мышление, непросто, а порой и невозможно. Мешает скептицизм. И вернуться назад в невинность, в наивность — не получается. Как не получается слушаться интуиции.
А ненаписанного из-за глупости логики — жаль. Хотя, может оно существует, в библиотеке Мёнина?

    Ремарк — эмо-писатель и читать его надо до 20-ти, по результатам обсуждения http://community.mylj.ru/ru_books/1433240.html 

    Долго думала, что мне не нравится в обсуждении, которое можно вкратце озаглавить «Ремарк для гормональных тинэйджеров» (сам пост корректен). Неужели задело то, что пренебрежительно высказались о любимом авторе? Стала разбираться, и кое-что поняла.
    Первое.
    Книги, фильмы, музыка, спектакли и пр. перешли для многих из духовных ценностей в категорию «медиа-продукт». И стали обсуждаться с точки зрения рынка потребления. И тут проявился некоторый парадокс. Одно и тоже общество потребления легко при появлении нового продукта дробится на два условных лагеря (третий — пофигистов не берем во внимание): «наивных» и «снобов». Наивные потребляют то, что в данный момент модно, а снобы везде обсуждают недостатки популярного продукта и зарекаются его пробовать. Таким образом обсуждается/любится только свеженькое. Хиты прошлого сезона быстро утрачивают внимание, заслуживая лишь некого пренебрежительного отношения, иногда с оттенком ностальгии. И тот, кто вдруг возвращается к ним, именно как к ценностям духовным, вызывает либо непонимание, либо пренебрежение.
    Второе.
    Правильно ли ранжировать книги по возрастным группам? Что делать с теми, кто Толстого и Достоевского прочел в 12-14 лет? Что им читать в 30-40? А с теми, кто до взросления не читал художественную литературу? И не правильно ли было бы ранжировать книги по внутреннему настрою? Вот эти книги сейчас близки, те вчера, а те может быть будут завтра? А послезавтра снова эти? Если к книгам относится как к духовному, то вопросов таких, конечно не возникнет.
    Третье.
    При чтении воспроизводить реальность, понимать героев — не развлечение, а работа, более трудная и интеллектуальная нежели сочинительство (здесь можно согласиться с Борхесом). Но ведь если понимать, не считая априори автора дураком, трусом, неразвитой личностью и пр, то тогда нужно будет понимать что-то и насчет беженцев из Средней Азии (и не только), которые живут нелегально в наших городах и работают почти задарма. А если понимать, то что-то и делать. Но кому ж это надо сейчас заморачиваться гуманитарными (не литературными, а человеческими) проблемами?
    Четвертое.
    Пренебрежение к популярности отдает раздражением по прошлогоднему хиту, который чудом до сих пор висит в плей-листе радиостанции и всем старым слушателям смертельно надоел. И забывается напрочь своё социальное, с чем был связан интерес к творчеству писателя. Тогда как неслучайно два пика моды на Ремарка пришлись на 60-е и 90-е годы. Полвека назад только кончилось трудное послевоенное время, и началась относительно стабильная жизнь. И читателей привлекали вопросы гуманности и пацифизм героев. А в 90-х было время утрат, время пост-советского развала, когда большинство оказалось вдруг за чертой бедности. Таким образом, первая половина 90-х оказалась близка по духу к 30-м берлинским годам: инфляция, паника, безработица, свертывание производств. Полная идентичность с героями и безнадега, неверие в свое государство.
    И пятое.
    Претензии к писателю в технических вопросах смотрятся странно. Напоминают претензии Донцовой к качеству книг Роулинг. Словно забывается, что дело не только в технике, но и в искренности автора, в его способности вывернуть себя наизнанку, исполнить стриптиз души на публике. Что мало кто себе может позволить, очень мало кто. Поэтому и писателей не так много как авторов.
    На этом фоне снобов (в хорошем смысле слова, этаких интеллектуалов со вкусом), говорящих о технике, наивные эмо-подростки смотрятся симпатичнее, хотя они тоже продукт общества потребления, оттого не совсем настоящие. оттого над ними смеются, а получается, что над собой.